Helsingin yliopisto, humanistinen tiedekunta
Helsingfors universitet, humanistiska fakulteten

VENÄJÄN KIELEN JA KIRJALLISUUDEN VALINTAKOE / TASOKOE

(Äidinkielen linja)

URVALSPROV / NIVÅPROV I RYSKA SPRÅKET OCH LITTERATUREN

(Linjen för ryska som modersmål)

Valintakoetehtävät 16.6.2005 / Urvalsuppgifter 16.6.2005

 

Valintakokeen vaatimukset ja kokeen luonne:

Huom! Hakijan on valittava joko vieraan kielen linja tai äidinkielen linja. Hakija voi osallistua vain valitsemansa linjan kokeeseen, ei molempiin.

Äidinkielen linja
1. venäjän kielen hallinta äidinkielisen tavoin,
2. suomen tai ruotsin kielen tekstinymmärtämistaito,
3. E.I. Borisoglebskaja et al., Russkij jazyk. Posobie dlja postupajušèih v vuzy, 4-e izdanie, Vyšejšaja škola, Minsk 1998, sivut 46-146,
4. Puškin, A.S.: Kapitanskaja docka.

Valintakokeessa on neljä osaa:
a) venäjän kielen hallintaa mittaavia tehtäviä,
b) suomen- tai ruotsinkielisen asiatekstin ymmärtämistä mittaava tehtävä, johon vastataan venäjäksi,
c) kohdassa 3 mainittuun teokseen pohjautuvia tehtäviä,
d) Puškinin teoksesta esseekysymys, johon vastataan venäjäksi.

Osasta a) saa 0-2 pistettä, osasta b) 0-2 pistettä, osasta c) 0-3 pistettä ja osasta d) 0-3 pistettä. Kaikista osista on selviydyttävä hyväksyttävästi. Osa on hyväksyttävästi suoritettu, jos hakija saa siitä vähintään 1 pisteen.

Huomautuksia : Koevaatimusten kohdassa 3 mainittua Russkij jazyk. Posobie dlja postupajušèih v vuzy -teoksesta vaadittuja sivuja voi lainata kopioina Humanistisen kirjaston toimistosta (Unioninkatu 40 B, 2. krs).

 

Linjen för ryska som modersmål
1. behärskande av ryska såsom ett modersmål,
2. textförståelsekunskap på finska eller svenska,
3. E.I. Borisoglebskaja et al., Russkij jazyk. Posobie dljapostupajuščih v vuzy, 4-e izdanie, Vyšejšaja škola, Minsk 1998, s. 46-146,
4. Pu sjkin , A.S.: Kapitanskaja dočka.

Urvalsprovet omfattar fyra delar:
a) uppgifter som mäter hur väl sökanden behärskar ryska,
b) uppgift som mäter förståendet av en finsk- eller svenskspråkig saktext som besvaras på ryska
c) uppgifter som anknyter till verket i punkt 3,
d) en essäfråga ur Pusjkins verk som besvaras på ryska.

För punkt a) ges 0-2 poäng, för punkt b) 0-2 poäng, för punkt c) 0-3 poäng och för punkt d) 0-3 poäng. Sökanden måste få godkännbart resultat i provets samtliga delar. Delprovets resultat är godkännbart om sökanden får minst 1 poäng.

Obs! Kopia av verket Russkij jazyk. Posobie dlja postupajuščih v vuzy kan lånas från Humanistiska fakultetens biblioteks kansli (Unionsgatan 40 B, 2 vån.).

 

 

ВСТУПИТЕЛЬНЫЙ ЭКЗАМЕН ПО РУССКОМУ ЯЗЫКУ И ЛИТЕРАТУРЕ

(для носителей русского языка)

16 июня 2005 г.

 

Фамилия ________________________ / ________________________

(русскими буквами) (латинскими буквами)

Имя и отчество (или все имена)

_____________________________ / _____________________________

(русскими буквами) (латинскими буквами)

Личный код ( Henkilötunnus , Personbeteckning )

_______________ __________

ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ ОБ ЭКЗАМЕНЕ

Экзамен состоит из четырёх частей.

В первой части проверяются знания абитуриентов по орфографии и пунктуации русского языка.

Во второй части оценивается понимание финского или шведского текста и умение грамотно изложить на русском языке его основное содержание.

Третья часть включает задания по морфологии и словообразованию, основанные на материалах книги “Русский язык. Пособие для поступающих в вузы”.

Четвёртая часть экзамена – это сочинение по повести А.С. Пушкина “Капитанская дочка”.

Максимальное количество баллов за каждую часть:

I часть: 2 балла

II часть: 2 балла

II I часть: 3 балла

IV часть: 3 балла

Всего: 10 баллов

Зачисление в университет проводится на конкурсной основе.

К конкурсу будут допущены только те абитуриенты, которые наберут не менее 1 балла за каждую из четырёх частей экзамена.

 

 

Часть I

1. Исправьте в тексте орфографические ошибки.

Уже много лет в этих краях не было диких оленей. Люди отеснили их дальше на север, в ветреный и пустыный заполярный круг.

Этот олень часами неподвижно стоял на каменном откосе, окутаном сонной дымкой. Откос был наредкость огромен, чёрен, вокруг него раскинулись каменья величиной с двухъэтажный дом. От этих серо чёрных каменьев откололись и расыпались булыжыны поменьше, и осыпи были очень похожи на серые стада, пасущиеся на густо травных, заболоченных полянах.

Если бы у оленя не было рогов, разкидистых и ветвистых, его можно было бы принять за пречудливо източенную дождями и ветрами вершину – так он сливался со всем этим, убаюканным тысячивёрсной несказаной тишиной. Солнце, перед тем как ему закатиться, скатывалось за спину оленя, и от каждого отростка его рогов, улетали в высь лучи, и весь он вспыхевал голубоватым, загадочно-манящем светом. Все звери и птицы замерали вокруг, в настороженности поварачивали головы туда, где вот уже в продолжении нескольких вечеров пламенел дикий олень и не мог згареть.

Вожак трёхтысячного оленего стада, кочевавшего с запада на восток по Великому хребту, выедая на пути пазбищные мхи, чуть-чуть преотставал и, по-мужитски крепко раставив узловатые ноги, смотрел туда, где стоял и светился олень. Вожаком признавали его не только олени, но и оленеводы. Вожак ни раз спасал стадо от безстрашных северных волков, а так же помогал находить кормные поляны на обветренном хребте, узреть затянутые рыжей шорсткой мха трясинные окна, расслышать крадущиеся, покошачьи мягкие шаги белошеего горного медведя.

Но в тоже время не умел вожак одного – драться за продление рода, добывать в борьбе любовь. Люди избавили его от этой извечной необходимости, они загасили в нём пламя, которое сожгло ни одно серце, из которого выплавлялись быстрые как вихрь, самоотверженные и гордые в любви олени.

А тот, на вершине, хотел сразится. В его напряжённой дерской позе чуствовалось – вот-вот он броситься напролом вниз, слепой и яросный от губительно-сладкой зверинной страсти.

Вожака охватило безпокойство, и он уводил стадо всё дальше и дальше. А в долгую северную зорю видно было дикого оленя, как блистел яркий свет на его рогах, как он на мгновение превращался в язычёк пламени и не виданной планеткой восходил над землёй, а за тем медленно угасал в пепельных северных сумерках.

Мускулы вожака сами собой расслабелись, он успокоенно улёгся и утомлённо закрыл белыми толстыми рестницами глаза.

 

2. Расставьте в тексте недостающие знаки препинания.

Это было 6–7 лет тому назад, когда я жил в имении помещика Белокурова молодого человека, который вставал очень рано, ходил в поддёвке, по вечерам пил вино и всё жаловался мне что он нигде и ни в ком не встречает сочувствия. Он жил во флигеле, а я в старом барском доме в громадной зале с колоннами, где не было никакой мебели, кроме широкого дивана, на котором я спал да ещё стола, на котором я раскладывал пасьянс. Тут всегда, даже в тихую погоду, что-то гудело в старых печах, а во время грозы весь дом дрожал и казалось, трескался на части и было немножко страшно, особенно ночью, когда все десять больших окон вдруг освещались молнией.

Обречённый судьбой на постоянную праздность я не делал решительно ничего. По целым часам я смотрел в свои окна на небо, на птиц, на аллеи, читал всё что привозили мне с почты, спал. Иногда я уходил из дому и до позднего вечера бродил где-нибудь.

Однажды, возвращаясь домой я нечаянно забрёл в какую-то незнакомую усадьбу. Солнце пряталось и на цветущей ржи растянулись вечерние тени. Два ряда старых, тесно посаженных, очень высоких елей стояли как две сплошные стены, образуя мрачную, красивую аллею. Я легко перелез через изгородь и пошёл по этой аллее, скользя по еловым иглам на вершок покрывавших землю. Было тихо, темно и только высоко на вершинах кое-где дрожал яркий солнечный свет и переливал радугой в сетях паука. Сильно, до духоты, пахло хвоей. Потом я повернул на длинную липовую аллею. Тут тоже и запустение и грустная старость; прошлогодняя листва печально шелестела под ногами и в сумерках между деревьями прятались тени. Направо, в старом фруктовом саду, нехотя, слабым голосом пела иволга тоже, должно быть, старушка. Но вот и липы кончились и когда я прошёл мимо белого дома с террасой и с мезонином, передо мной неожиданно развернулся вид на барский двор и на широкий пруд с купальней, с толпой зелёных ив, с деревней на том берегу, с высокой узкой колокольней, на которой горел крест, отражая в себе заходившее солнце. На миг на меня повеяло очарованием чего-то родного очень знакомого, словно я уже видел эту самую панораму когда-то в детстве.

А у белых каменных ворот, которые вели со двора в поле, у старинных крепких ворот со львами стояли две девушки. Одна из них постарше, тонкая, бледная, очень красивая, с целой копной каштановых волос на голове, с маленьким упрямым ртом имела строгое выражение и на меня едва обратила внимание. Другая же, совсем ещё молоденькая ей было 17–18 лет, не больше и тоже тонкая и бледная, с большим ртом и с большими глазами с удивлением посмотрела на меня, когда я проходил мимо, сказала что-то по-английски и сконфузилась и мне показалось, что и эти два милых лица мне давно уже знакомы. И я вернулся домой с таким чувством как будто видел хороший сон.

Вскоре после этого, как-то в полдень, когда я и Белокуров гуляли около дома, неожиданно шурша по траве въехала во двор рессорная коляска, в которой сидела одна из тех девушек. Это была старшая. Она приехала с подписным листом просить на погорельцев. Не глядя на нас она очень серьёзно и обстоятельно рассказала нам сколько сгорело домов в селе Сиянове, сколько мужчин, женщин и детей осталось без крова и что намерен предпринять на первых порах погорельческий комитет членом которого она теперь была. Давши нам подписаться она спрятала лист и тотчас же стала прощаться.

Когда она уехала, Белокуров стал рассказывать. Эта девушка по его словам была из хорошей семьи и звали её Лидией Волчаниновой, а имение, в котором она жила с матерью и сестрой так же как и село на другом берегу пруда называлось Шелковкой. Отец её когда-то занимал видное место в Москве и умер в чине тайного советника. Несмотря на хорошие средства Волчаниновы жили в деревне безвыездно, лето и зиму и Лидия была учительницей в земской школе у себя в Шелковке и получала 25 рублей в месяц. Она тратила на себя только эти деньги и гордилась, что живёт на собственный счёт.

“Интересная семья, – сказал Белокуров. – Пожалуй сходим к ним как-нибудь. Они будут вам очень рады”.

Как-то после обеда, в один из праздников, мы вспомнили про Волчаниновых и отправились к ним Шелковку. Они мать и обе дочери были дома. Мать, Екатерина Павловна, когда-то, по-видимому, красивая, теперь же сырая не по летам, больная одышкой, грустная, рассеянная старалась занять меня разговором о живописи. Узнав от дочери, что я, быть может приеду в Шелковку, она торопливо припомнила два–три пейзажа, какие видела на выставках в Москве и теперь спрашивала, что я хотел в них выразить. Лидия или, как её звали дома Лида, говорила больше с Белокуровым, чем со мной. Серьёзная она, не улыбаясь, спрашивала его почему он не служит в земстве и почему до сих пор не был ни на одном земском собрании.

 

 

Часть II

На 7-й стр. приведены отрывки из статьи Э . Пеуранена о творчестве Ф.М. Достоевского (на финском языке).

На 8-й стр. приведены отрывки из статьи Л. Холмстрём о романе Ф.М. Достоевского “Идиот” (на шведском языке).

 

Напишите на русском языке на отдельном листе краткое изложение (не более 150 слов) одного из этих текстов.

Текст на финском языке:

Dostojevski on avautunut meidän aikanamme uudella tavalla venäläisen ajattelijan Mihail Bahtinin (1895–1975) teosten ja tutkimusten ansiosta. Kirjailija on paljastunut uuden aikakauden airueeksi, näkijäksi, jonka tuotannosta löytyy avaimia tämän päivän elämän ja ihmisten ymmärtämiseen. Keskeisiä käsitteitä ovat polyfonia, moniäänisyys ja dialogisuus, merkityksiä tuottava vuorovaikutus.

Eurooppalainen romaani ennen Dostojevskiä ja pitkälti hänen jälkeensäkin on ollut monologinen eli sellainen, jossa kaikkitietävä tekijä on suvereenisti ohjaillut henkilöhahmojensa tekemisiä ja kohtaloita. Romaanikirjailija samaistui luomaansa tekijähahmoon, joka tietää ennalta mitä teoksessa tapahtuu ja luo henkilöitä, jotka ovat sulkeutuneet itseensä ja omaan lopullisuuteensa. Polyfonisessa romaanissa tekijä asettuu kuvaamiensa sankareiden rinnalle yhtä hämmentyneenä kuin nämäkin todellisuuden edessä ovat.

Dostojevskin romaanimaailma on siis avoin ja täynnä mahdollisuuksia. Tekijänsä kaltaisia ovat myös hänen sankarinsa, he näyttävät jopa tietävän toisesta yhtä paljon kuin itsestään. Silti he pitävät tätä “vierasta” tietoja loukkaavana ja epätotena. Kirjailijan tyyliin ja kerrontatapaan tämä heijastuu realistisella tavalla siten, että kaikissa romaaneissa kuunnellaan salaa ja käyttäydytään epäkorrektisti, jopa skandaalimaisesti. Rajoja ylitetään uskomattoman helposti, ei vain sopivan ja sopimattoman, mutta myös elämän ja kuoleman. Rajan toiselle puolelle vievät legendat ja rukoukset, keskusteluja käydään vainajien ja pirun kanssa.

Hyvin usein Dostojevskia on sanottu tylyksi ja kovaksi kirjailijaksi, mutta lievittävänä asianhaarana on kai pidettävä sitä, että mitta on kaikille sama – loputtomalta tuntuva kärsimys ja jossain häämöttävä toivo pelastuksesta ja uudesta elämästä. Tosin ylösnousemus on kirjailijalle aina vasta “seuraavan romaanin aihe”.

Kuvaamani ihmisten ja tapahtumien tasa-arvo tekee dialogisesta sanasta täysipainoisen ja polyfonisen. Itsenäisten ja toisiinsa sulautumattomien äänten ja tietoisuuksien moninaisuus on Dostojevskin romaanien keskeisin piirre, joka edellyttää sekä uudenlaista tekijää että uudenlaisia henkilöhahmoja, kuten olemme havainneet. Dialogia, vuoropuhelua käydään kaikilla tasoilla. Useat Dostojevskin romaaneista ovat syntyneet niistä kysymyksistä, jotka ovat nousseet esille toisten kirjailijoiden teoksissa. Näin esimerkiksi Nikolai Tshernyshevskin nihilistinen ja ateistinen teos Mitä on tehtävä, kertomuksia uusista ihmisistä antoi sysäyksen romaanille Rikos ja rangaistus. Dostojevski koettelee ideaa siitä, mitä tapahtuu jos ihminen asettaa itsensä muiden yläpuolelle luojansa ja jumalansa rinnalle kuten Tshernyshevskillä oli asianlaita.

Dialogisuus Dostojevskin maailmassa toteutuu myös loputtomina yhteyksinä sekä Venäjän että maailmankirjallisuuteen. Läpimurtoromaanissaan Köyhää väkeä Dostojevski antoi päähenkilönsä Makar Devushkinin tehdä välinsä selviksi Gogolin Päällysviitan Akaki Bashmatshkinin kanssa ja löytää hengenheimolainen Pushkinin Postimestarin Samson Vyrinista. Devushkinia hämmästyttää Gogolin tylyys vähäosaisia kuvatessa, mikä panee ihmettelemään Dostojevskiin usein liitettyä lausahdusta: Kaikki me olemme lähtöisin Gogolin Päällysviitasta.

(Erkki Peuranen, “Fjodor Dostojevski (1821–1881) – Uudenlaisen romaanimaailman kantaisän syntymästä 180 vuotta”, Venäjän aika 4/2001)

 

Текст на шведском языке:

En av Rysslands och kanske världens största författare, Fjodor Dostojevskij, föddes i Moskva 1821 (död 1881). Efter att ha utbildat sig till fortifikationsofficer i Petersburg blev han medlem i ett socialistiskt sällskap, varför han skickades till Sibirien. Vid 37 års ålder fick han återvända till Petersburg, och tog då upp skrivandet på allvar. Redan 1846 debuterade han med "Arma människor", men det var böcker som "Brott och straff" och "Bröderna Karamazov" som skulle göra honom berömd. Under en vistelse i Centraleuropa skrev han 1868 "Idioten".

Huvudpersonen, furst Mysjkin, återvänder till Ryssland efter en 4-årig sjukhemsvistelse i Schweiz, ännu ej botad från sin svåra epilepsi. Han har fått besked om ett arv, och uppsöker en avlägsen släkting, generalskan Jepantjina, för att diskutera detta. Genast dras han in i den övre medelklassens märkliga liv, fyllt av intriger och hemlighetsmakeri. Själv blir han snart en av huvudgestalterna i detta spel, då han förälskar sig i två kvinnor: den präktiga, goda Aglaja, dotter till generalskan Jepantjina, och den märkliga Nastasia Filippovna, en "fallen kvinna".

Vad Dostojevskij beskriver i denna bok är hur otroligt komplicerad människan är; hur det goda och det onda kan finnas på samma gång, i samma gestalt; hur hat och kärlek ibland kan vara nästan samma sak. Kärlekens mysterier och dess många olika former avhandlas även. Furstens förälskelse i Nastasia Filippovna kan betecknas som medlidandets kärlek - han kände smärta bara genom att se på hennes ansikte. Av Aglaja, däremot, är han mer hänförd; fursten blev betagen av hennes skönhet och starka personlighet. Denna kärlek är besvarad, men Aglaja kämpar emot till en början, och även när detta inte längre går håller hon masken för familjen. Det kan bero på att hon egentligen skäms för att älska "någon som honom". Vidare har vi Rogozjins, furstens rival, kärlek till Nastasia Filippovna. Han älskar henne, men vet samtidigt att hon föraktar honom, och detta bidrar till att han både är rädd för henne och hatar henne.

För övrigt inflikar Dostojevskij i samtal och debatter mellan olika personer sina egna åsikter om politiska företeelser, religion, kvinnofrågan med mera. Hans åsikter om nihilisterna framträder tydligt. Han ger också sin syn på den västerländska kulturen, vilken han ställer som kontrast mot det boken igenom skildrade ryska samhället, och den "ryska folksjälen".

Den epileptiske furst Mysjkin har alltså levt isolerad från omvärlden en ganska lång tid. Därmed har han inte nått insikt om människans sämre sidor utan tror, som ett litet barn, alla om gott. Han är en vänlig själ, som lätt skulle blivit lurad om inte de flesta fattat ett sådant tycke för honom och hans rättframma sätt. Ibland tar han även på sig rollen som narr; eftersom han så lätt kan skratta åt sig själv bringar han omgivningen den största glädje, och i sin brist på "omdöme" kan han yttra de mest otroliga saker. Han är dock en god människokännare, även om han gärna bortser från andra människors dåliga egenskaper.

Händelseförloppet stannar ofta upp och ger plats åt olika utläggningar, som inte alltid är helt motiverade, varför man får en känsla av att Dostojevskij kommer av sig. Samtidigt är dessa avbrott mycket tänkvärda, och berör ofta en person eller något förhållningssätt som en person i berättelsen representerar.

(Lotta Holmström, " Idioten " , 1996, http://hem.passagen.se/ry/ryska-nu/1lingua.htm)

 

 

Часть III

1. Определите, какими частями речи являются подчёркнутые слова,

и сделайте их полный морфологический разбор.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Разберите слова по составу.

 

 

 

 

 

Часть IV

Напишите на отдельном листе небольшое сочинение (150 –300 слов) на следующую тему:

Картина пугачёвского восстания в повести А.С. Пушкина “Капитанская дочка”.


© Humanistinen tiedekunta, Helsingin yliopisto